02 ИЮЛЯ / 2020
ПЕРСОНА

Нужно еще работать и работать, в основном – с людьми

Михаил Сергеевич Исаев (г. Москва) — советник по программе ВАО АЭС "Опыт эксплуатации". 15 лет работал во ВНИИАЭС. Более двух лет представлял Московский Центр в Лондонском офисе ВАО АЭС. Награжден медалью "Ветеран труда", медалям концерна Росэнергоатом: «50 лет атомной энергетике России», серебряной и золотой медалями "За заслуги в повышении безопасности атомных электростанций", медалью Госкорпорации Росатом "За международное сотрудничество в атомной области".
- Михаил Сергеевич, вы до сих пор ежедневно работаете?

- Во время карантина работаю в режиме онлайн. С 7 утра и, зачастую, задерживаюсь до 20 часов. Дома не так удобно, как в офисе, где все под рукой. Я привык работать. Чувствую ответственность. Вся моя жизнь связана с работой. Было много командировок. Я побывал на десятках (более 50) энергетических объектах всего Советского Союза: строящихся тепловых, атомных, гидростанциях. Нужно было делиться передовым опытом, участвовать в совещаниях Минэнерго CССР, ездить, летать, договариваться, выступать, готовить информацию по современным методам строительства. Это было не просто. Но у меня всегда была надежная опора — мне очень повезло с женой. Она опытный медицинский работник, заботилась обо мне.

- Вы всегда в движении, как складывался ваш профессиональный путь?

- Я родился в 1939 году в городе Тула. Рано остался сиротой, воспитывался в детском доме. Закончил с серебряной медалью Саратовское Суворовское училище. Поступил в Высшее Военно-Морское им. Дзержинского в Ленинграде. Через три года меня комиссовали по состоянию здоровья. Поступил в Московский энергетический институт. Окончил его в 1965 году и с тех пор работаю в энергетической сфере.

- В 1966 году распределился в Сибирское отделение ОРГРЭС. Работал в Сибири на Красноярской ГРЭС-2, Назаровской ГРЭС и Иркутской ТЭЦ-9. Два года в командировках. Занимался наладкой систем регулирования турбин. В 1967 году мой друг и наставник Келин Георгий Ервантович позвал меня в "Информэнерго" — подразделение Всесоюзного института по проектированию организации энергетического строительства "Оргэнергострой". В этом институте я проработал до 1974 года. Занимался подготовкой материалов для выставок по всему Советскому союзу и для зарубежных ярмарок. Поскольку знаю язык еще с суворовского училища, меня посылали и на международные выставки.

- Расскажите о международной деятельности?

- Начал с Пловдива в Болгарии, потом Багдад в Ираке, Каир в Египте и Нью-Дели в Индии. В Нью-Дели провел четыре месяца, представлял Миэнерго СССР. Советский павильон тогда посетил и президент Индии. Я никогда до этого президентам руку не жал, видимо поэтому ему пожал от души. Даже испугался, что слишком сильно. Индира Ганди на выставке не была, но я ее видел во время парада в День независимости Индии.

- Когда вы перешли работать во ВАО АЭС?

- Келин Г.Е. сообщил мне, что создается всесоюзный научно-исследовательский институт по эксплуатации атомных станций (ВНИИАЭС). Я пошел туда работать, участвовал в организации и проведении тепловых испытаний энергоблоков Армянской, Курской, Кольской АЭС, разрабатывал нормативные характеристики и режимные карты работы оборудования энергоблоков.

- В 1979 году на атомной станции Три-Майл-Айлэнд в США произошла крупнейшая авария того времени. После этой аварии в США, по примеру Советского союза, имевшего ВНИИАЭС, создали институт эксплуатации атомных электростанций — INPO (Institute of Nuclear Power Operations). В настоящее время это ведущий институт в атомной энергетике.

- Потом произошла авария в СССР на Чернобыльской АЭС. Помимо
непосредственных последствий, она серьёзно отразилась на всей ядерной энергетике в целом. Специалистов всего мира переоценили проблему безопасности АЭС и задумались о необходимости международного сотрудничества. 15 мая 1989 года в Москве официально заявили об образовании Всемирной Ассоциации Организаций, Эксплуатирующих Атомные Электростанции (ВАО АЭС). В Московском центре этой организации я работаю с момента его образования и до сих пор.

Какие события в работе вам запомнились наиболее ярко?

- На атомных станциях каждый день возникают события. Есть существенные и малозначительные. Уже во время существования ВАО АЭС произошла третья самая жуткая авария — на АЭС Фукусима. Землетрясение и удар цунами полностью обесточили станцию, в том числе отказали резервные источники электроснабжения. Перестали работать системы нормального и аварийного охлаждения, стала плавиться активная зона реакторов на энергоблоках 1-3, произошли взрывы водорода на 1, 3 и 4 блоках.

- Я до этого несколько раз был в Японии. Видел какие японцы ответственные, дисциплинированные, вышколенные. Но возникли природные сложности, на которые наложился национальный менталитет. После аварии на Фукусиме мы все были очень расстроены. Я в это время работал в Лондоне. Пытались оказать всяческую помощь Японии, но они отказывались. Менталитет не позволял. Считали, что сами справятся.


- У вас никогда не было страха в работе на атомных станциях?

- Никогда. Хотя видел разное. Был на атомной станции в Канаде по обменному визиту и там во время нашего обхода произошел выброс в машзале. Персонал это сразу понял, и нас из помещений удалили. Ничего страшного не произошло, мы были в защитных комбинезонах, ботинках. Другой раз я был на маленькой тепловой станции ГРЭС Северная около Баку. Проводили испытания с Келиным Г.Е., настраивали систему регулирования на отметке обслуживания турбины в машзале. Произошел разрыв главного паропровода в деаэраторной этажерке. Машзал стало заволакивать паром. Когда спускались вниз, увидели, что одного из сотрудников обожгло. Впечатление ужасное — кожа серого цвета, обвисла. До него нельзя было дотронуться. Мы аккуратно довели его до санитарного пункта. Чувство опасности присутствовало, но страха не было.

- Какую роль сегодня играет человеческий фактор?

- Это самый решающий фактор. С проектами, с конструктивными недоработками можем справиться, но человеческий фактор самый тяжелый. Нужно работать постоянно. Учить людей и быть требовательными. Нельзя делать поблажку и быть снисходительным в этой работе. Не жестким, потому что из-за страха могут ошибку совершить, а именно требовательным. Менталитет тоже имеет отношение к человеческому фактору.

- Вы строгий в работе?

- Жена говорит, что строгий и в семье, и в работе. Но я больше ответственный, не могу делать плохо. Это не в моем характере.

- Сейчас повышается культура безопасности?

- Совершенству нет предела. Молодежь порою поверхностно все воспринимает. Но это проходит. Они еще не поняли, не прочувствовали из-за недостатка опыта.

- Какие вы видите перспективы атомной отрасли?

- Альтернативы атомной энергетике нет. Я был и на газовых станциях, на угольных, и гидростанциях. Понимаю, что будущее за атомной энергетикой. Поэтому ВАО АЭС играет огромную роль. Но, к сожалению, есть еще недоработки. Выпускаем регламентирующие документы высокого уровня, сообщения о существенных событиях на станциях. Делимся опытом повышения уровня безопасности. Но не могу сказать, что мы достигли вершины. Положительные успехи есть, но нужно еще работать и работать, в основном – с людьми.

- Бывали наверняка и курьезы в работе?

- При мне не было. но рассказывают, как на корпусном реакторе во время регламентных работ присутствовал фоторепортер. И у него во время съемки выпал винтик от фотоаппарата. Представляете, крошечный винтик! А реактор — громадина, около пяти метров в диаметре и высотой более 15 метров. Стали искать, потому что нельзя оставить посторонний предмет. Это может привести к негативным последствиям. Колоссальную работу провели по демонтажу и поиску, но винтик нашли.

- Какие люди на вашем профессиональном пути особенно запомнились?

- Армен Артаваздович Абагян — он был генеральным директором ВНИИАЭС. Очень хороший и обаятельный человек. Борис Яковлевич Прушинский – мой руководитель в 1974-1991 годах. Аксенов Василий Иванович — нынешний директор ВАО АЭС- МЦ, грамотный квалифицированный инженер и хороший руководитель. Жак Бюртере — директор парижского центра ВАО АЭС. Очень простой, несмотря на то, что заслуженный. Зак Пэйт - генеральный директор INPO, адмирал, советник "отца атомного флота США", четырехзвездного адмирала Хаймана Риковера. Когда первый раз его увидел, он встал из-за стола — высокий, стройный — чувствую, что разница между нами колоссальная. Потом встретились через десять лет, и он подошел ко мне, узнал.

- Мои коллеги — профессионалы. Очень интересные люди: Кузин Сергей Михайлович (Кольская АЭС), Романов Валерий Александрович (Атомфлот), Бронников Владимир Константинович (Запорожская АЭС) и многие другие. Они до сих пор работают на станциях и в Атомфлоте, представляют АЭС в Московском центре ВАО АЭС.




Автор: Александра Морозова
Фотографии предоставлены героем интервью

Энциклопедия промышленности России